- С Наступающим! Взаимно :) - проскочило на экране.

- Кто-то говорит с нами с мертвой планеты! Компьютер?! - завопил Тон. - Это еще что? Я до Большого Разрыва уже не ждал вменяемой, а тем более персонализированной информации.

- А, просто запись, сделанная в другой вселенной и, может, пять миллионов лет назад или вперёд, - прогнусавил комп.

- Просто что? Просто запись? Тихо! - рявкнул Тон. - Слушаем дальше!

Чего только люди не патентуют... Если картинку привязать к ящику, то это не ящик с картинкой, а патентуемая "структура".

Это Русс опять открытку с такой вот фиг прислал, и печенье.

А я ещё одну штуку придумал, действительно полезную. Будем патентовать, если чего не перепутал. Ща дохвастаюсь и проверять пойду...

С Наступающим!

А кстати, о флажках, а то не все знают зачем он, даже почтальоны. Если флажок поднят, то в ящике письмо для отправки и почтальон должен его забрать.
 

- Ну и что же ты ей внушил, ангел ты наш? Мы же договаривались не трогать устройство. Договаривались… Вернее ты нам его не давал. А сам…

- А чего, я же без выгоды. Сказал, чего думаю. Вроде ничего не внушал, спросил, почему она бредёт тут, где никто не ходит. Я мимо ехал, смотрю лицо знакомое, в друзьях у кого-то. Она хорошая, мы с ней поболтали немного.

- Поболтали? Телепатически. Хорошо, что она в сказки верит и думает, что ты типа ангел. Хранитель, надеюсь. А могла и в психушку попасть.

- Я аккуратно. И, потом, мы с ней почти сразу познакомились у общих приятелей. Она мне рассказала про разговор как про чудо, я растрогался и чуть не раскололся. Но потом мы сошлись на том, что она заснула, топая вдоль дороги.

- А что ты ей конкретно наплёл?

- Неважно. Не могу сказать, там личное между трёпом проскакивало. И у нас чего-то не всё понятно, может мы влюбляемся потихоньку. Ревность, похоже, уже шуршит, а она всегда рядом, если не впереди. Я, только, не уверен внушал я ей тогда чего-то или только разговаривал. Но неважно уже. Я устройство с моста выкинул. Правильно я вам его не давал.

«Я знаю, что я сказала это. Но я имела в виду вот это».

Даже не думаю наехать на женщин, просто современные языки не в состоянии передать оттенки речи, вот и получается путаница. Уже не говоря о письме, тут не всякий писатель передаст эмоции вложенные в простые, казалось бы, слова. Даже примеры лень приводить. Вон они, примеры, везде, где мы лепим смайлики или добавляем мат, других способов передать эмоции и нету.

Современные языки не совершенны, эволюционировали они из рычания и подвываний, придумывали их большей частью мужики. Поэтому знаков эмоций только два – вопросительный и восклицательный. А как же сомнительный, удивительный, подозрительный, обзывательный, необязательный?

Всё это мы передаём интонацией, но интонацию к делу не подошьёшь. Сказал «женюсь», уж будь добр.

Но есть подвижки, умные барышни создали новый язык. Он передаёт то, что говорящий чувствует по поводу того, что говорит. Язык называется лáaдан.

В этом языке есть обычные заморочки, вроде тональности по типу вьетнамского и других южноазиатских языков. В тональных языках гласная может произноситься как по нотам идущим вверх, вниз, или на одном уровне, Например «ма» может означать несколько вообще разных слов в зависимости от оттенков «а». Вот классический пример, фраза «новый шелк горит?» звучит как «mǎi mài mâi mái» в тайском языке. Лично мне тональность кажется недостатком, тем более в случае лáaдана. Но это не суть важно, дальше будет круче.

В лáaдане три забавных части речи.

1. Речевой акт. Появляется в начале предложения. Это короткое слово, вроде «эй» или «ау». Обозначают эти слова декларативность, вопрос, команду (обычно при обращении к детям), просьбу, обещание, предупреждение.

Например, «ау дай соль» и «эй дай соль» обозначают «не будите ли вы любезны передать мне солонку?» и «дай соль быстро и молча» соответственно.

2. Время. Кроме обычных настоящего, будущего, и прошедшего, ещё есть гипотетическое время.

3. Очевидность. Это тоже короткое слово, но в конце предложения. Используется для обозначения

- точно известно потому как пережито самим говорящим, внешне или внутренне.

- известно потому, что самоочевидно.

- приснилось или пригрезилось говорящему.

- правда потому, что говорящий доверяет источнику информации.

- видимо не правда, говорящий не верит источнику.

- придумано говорящим, гипотетическое.

- полную нехватку информации по поводу говоримого.

Например, «женюсь ё» и «женюсь ща» обозначают «скорее всего женюсь» и «в данный момент мне кажется, что я возможно буду согласен жениться при определённых условиях» соответственно.

Суффиксы в этом языке тоже забавные, они могут означать положительное или отрицательное отношение к предмету (вроде «милый шарфик» или «отстойный шарф»), попытку («хотела, но не вышло»), очень твёрдую настоящую попытку («правда, я сильно хотела прийти, но это было объективно невозможно») и т.п.

Как было бы здорово, если бы мы так точно передавали свои внутренние порывы в речи. Но лáaдан обречён потому, что мы не хотим этого делать. И поэтому «женюсь» вообще ничего не значит, пока хоть кольцо не подарит.

Господи, зачем меня занесло в эти дебри. Я всего-то пошел посмотреть на нюй-шу, фонетический скрипт китайских женщин на одном из наречий Китая. Женщин в школах не обучали и иероглифов они не знали, записывали по звучанию, а мужики их били за это, вместо разобраться и заменить свою отсталую письменность. Просто, по работе, просматривал альтернативные методы ввода восточноазиатских языков, ё. :))

- Тон, я не сказала тебе самое главное, - Стрелка сделала лёгкую паузу.

Тон опять помрачнел, он давно не ждал ничего хорошего от всего этого. Главное не могло быть положительным. Тем более отложенное на несколько часов по какому-то Стрелкиному недосмотру. Вот надо же, уже третий час бродим тут, осматриваем, болтаем о ерунде всякой, и чего-то забыла главное сказать.

У них у обоих был трудный день. Стрелка приходила в себя и проспала двойную норму. Не пошла в спортзал впервые за тысячу лет, была не в себе. Тон переговорил с ирландцами и японцем в живую, вот так запросто с пивом и едой на своём корабле. Эти со всем согласны, у всех наболело одно и то же.

- С Земли пришло разрешение выбрать любой корабль для возвращения. Три года я могу лететь где я хочу.

- Ну, классно. Человек должен выбирать, а не бюрократия, - среагировал Тон, он всегда ненавидел ограничения любого рода.

Стрелка потянула паузу.

- Погоди, ты хочешь сказать, что бюрократическая необходимость быть привязанными друг к другу отпала и мы не обязаны хош-нехош жениться? Аааа, только не это! – типа шутя заорал Тон.

- Ты же альтруист. Болеешь за чужое счастье, - Стрелка, похоже, просчитала Тона и издевалась.

Тон устал сегодня не меньше Стрелкиного. «Лети ты с кем хочешь» - лезло ему в голову. И больше ничего. Ничего. Только очень больно и никаких мыслей.

Назад все решили возвращаться экипажами по четыре-пять человек, а лишние корабли отправить обратно болванками с автопилотом. Японцы сошлись с англичанами, которые на самом деле были родом из Дублина и запаслись пивом основательно. Русские перекочевали на корабль Тона со Стрелкой, благо все четверо говорили на одном языке. Остальные тоже быстро определились и компания весело отчалила домой. И хрен с ними, со звёздами.

Инженер прислонился лбом к слоеному пирогу стекла и алона. На границе видимости висела комета – длинная тупая змея, унюхавшая добычу. За каким-то рожном она свернула с дороги и неслась навстречу кораблю, беспомощно следовавшему колеей своего курса. Колея была просчитана от вонючей палубы морского космодрома до касания ромашек летом хрен знает какого года в штате Вашингтон, поближе к дому, чтобы экипажи ждали и крепче верили в возращение. Изменить курс означало смерть. Пересчитать всё на таком расстоянии от Земли было невозможно, расчёты и так производились на границах точности констант. Теоретических выведенных, замечу вам, констант. Так что, по-хорошему, шансов и так было чуть. А тут ещё эта странная комета со своей меняющейся траекторией.

Восемь остальных кораблей заметно отстали. Все девять были построены в разных странах, девятка решила повыделываться друг перед другом и выдумала эту провальную экспедицию в сторону Proxima, ближайшей звезды. Корабли представляли собой китч технологий, особенно в области полей защиты. Правда, не всем повезло так, как Тону со Стрелкой. Русские сделали трубу, вроде межконтинентальной ракеты с местом для двоих добровольцев, кажется из Воркуты. Ребята ели какую-то пастообразную дрянь из огромной цистерны, дико матерились на связи, но поделать уже ничего не могли. Зато у них тоже был алкоголь, кто-то разумный на космодроме разбавил пасту, чтобы выдавливалась лучше из цистерны. А вот японские снабженцы не сочли алкоголь продуктом питания и положили только с десяток ящиков Саппоро. Этот экипаж вылакал всё, как только солнце стало трудно находить среди других звёзд.

Никто, конечно, не собирался долетать до Proxima. Но человечество решило выпендриться и отметить своё желание добраться до звёзд практической экспедицией в сторону Ближайшей. На самом деле, всех их больше интересовало, как быстро мы свихнёмся. Учёные долго работали в сторону анабиоза, но подопытные животные дохли уже от года сонной неподвижности. Поэтому нас хоть и запустили со снотворными приспособлениями, но сутки из трёх мы не спали. Стрелка сходила с ума в спортзале, а Тон после получаса упражнений шёл бухать и смотреть киношки.

Стрелку и Тона тщательно отбирали на разных психологических тестах на совместимость. Только после старта стало быстро понятно, что подбирали максимально несовместимых. Они должны были дополнять друг друга. Выживание в бесконечности и семейная жизнь, оказывается, не одно и то же.

Тон представлял себе это этаким путешествием с милой спортивной девчонкой в другие мира, романтика. А на деле, догадайся сам, что получилось. Стрелка жила возвращением домой и верила в странные для Тона вещи. Остальные экипажи потешались над ней от раздражения. Все знали, что, в лучшем случае, большинство сдохнет на острове реабилитации на пенсии. Но даже на это не многие надеялись и даже боялись и не любили родину, вышвырнувшую их так дико далеко.

Мне приходилось сталкиваться с похожей ситуацией и на Земле. Когда милая пара обжата одиночеством, вроде всё вполне предсказуемо, приятели хихикают и отпускают шуточки в их адрес, но чего-то не хватает и не клеится.

Тон попробовал подъехать, конечно, несколько раз, но она сказала просто и откровенно - не тот мужчина, который ей нужен. Тон даже не смеялся. Мы все тут немного сумасшедшие, каждый надеется оказаться дома. Некоторые думают, что отложить жизнь можно. Потом, уже ближе к смерти, начинают отживать отложенное и жалеть о загубленной юности. Но отживать получается со скрипом и часто нелепо. Кто её знает, может Стрелка и права. Можно ещё попробовать бросить пить и жрать, может станешь похож на её мужчину. Надо бы. Даже если Тон и долетит обратно, остаток жизни проведет на острове реабилитации, не думаю, что его будет интересовать внешний обновлённый мир с современными поумневшими девушками. Стрелка сильно моложе, у неё есть шанс очухаться в старом мире.

Комета в иллюминаторе вела себя загадочно, её сваливало с орбиты всё сильнее.

- Стрелка, ты наверху? Направь телескоп на комету, – попросил Тон.

- Давно уже. Иди сюда, ты же ещё немного астроном, тебе будет интересно. – Стрелка часто посмеивалась над странным сочетанием Тоновых познаний в не сочетаемых областях. Ей можно было шутить, а Тон опасался подшучивать над серьезной девушкой. Прошлая удачная шутка стоила четырёх месяцев без единого слова переговоров и визуального контакта. Корабль большой.

Огромная комета, размером с небольшой спутник, дико ускорялась, измерялки дурели и показывали дикие цифры. Вдруг комета начала быстро краснеть, замерла и пропала.

- Ты видел, ты видел! – заорала Стрелка.

Тон помрачнел и пошел к компьютеру рассматривать снимки.

- Ты видел. А почему она замерла перед тем, как исчезнуть?

- Там, на горизонте, странные вещи со временем происходят, оно останавливается. – Тон сказал очень собранным, серьёзным и тихим голосом. Стрелка застыла, её рот блеснул зубами сквозь упавшую челюсть, где-то после услышанного «временем», видимо, когда до неё дошло слово «горизонт».

- Это что, дыра? – выдавила она.

- Да, очень маленькая, судя по картинкам исчезновения кометы. С горизонтом километров сто, а значит массой пятнадцати-двадцати Солнц. Теперь плюс комета.

- Она у нас на курсе, – вдруг холодно сказала Стрелка.

- Да. Час от часу не легче. Видишь, бывают и более забавные ситуации, чем сходить с ума от безделья. А мы так и не… - чуть было не пошутил Тон.

Вариантов было не много, один. Нужно было менять курс. Сильно менять и подыхать в бесконечности от скуки, да ещё и со свихнувшейся от безнадёги Стрелкой. Надежды вернуться, теперь, точно не было.

- Стрел, передай остальным экипажам всю информацию. И скажи, кажется, у нас есть решение проблемы, пусть пока не расстраиваются. А мне нужно тут кой-чего посчитать и проверить. Угу?

- Угу, - до странного покладисто ответила Стрелка. На корабле не было капитана, они оба принимали решения на равных. Правда, решений принимать, до сих пор, было не особо много. Летели себе и летели.

Когда Стрелка вернулась в каюту наблюдений, Тон изложил ей свой план. Сообщив предварительно, что в прежней жизни, он отличался неординарными, но практичными поворотами в больном воображении.

Тон предлагал Стрелке надеть скафандр, набить его огурцами и луком с грядки, и покинуть корабль.

- По моим наблюдением, тебе хватает одного огурца еды на день. А без спортзала, думаю, и того меньше. Неделю продержишься, а потом тебя выудят немцы или англичане, у них и места много, и парни там твоей мечты, - Тон нёс глупые обидные вещи, но ни одна эмоция не проплыла на лице Стрелки.

- А ты?

Тон планировал продолжать движение в сторону дыры и производить измерения вплоть до потери сигнала. Согласно теории, экстремальные данные позволят уточнить константы и пересчитать обратный курс. И конечно, добавил Тон, это отличный повод развернуть корабли обратно уже сейчас. А значит, Стрелка окажется на Земле совсем молодой. Ура?!

- А ты?

- Мне придётся остаться. Мне нужно будет держать защиту и орбиту корабля до последнего, мерить, предавать, даже считать. У нас самый напичканый компьютер, боюсь, остальные не справятся. Всё это невозможно делать в автоматическом режиме.

- Ты не справишься один.

- Стрел, ты брось эти штучки. Угу?

- Хрен тебе!

Тон потом каждый день, до самой дыры, уговаривал Стрелку. Но она так и не ушла, хоть Тон даже пытался запихать в скафандр насильно. Но её занятия кикбоксингом не прошли даром для Тона, а самому драться в этой ситуации ему было дико стыдно.

«Надо было вырубить её и выпихать», - думал Тон. Сейчас, когда всё посчитано и передано, они сидели в каюте наблюдений и старались не умереть от перегрузок, защита и двигатели всё ещё надрывалась в борьбе за их и свои жизни. Ещё он подумал: «Сейчас или никогда».

- Стрел, мы у горизонта, а сильный у нас корабль, - попытался сказать Тон и осмелился коснуться руки Стрелки. Она только слегка повернула голову в его сторону и, кажется, улыбнулась.

Корабль коснулся горизонта. Время остановилось.

Нет, туса на дискотеках не моё… Тусили мы раз стройотрядовскими студентами в клубе в Коми АССР. До деревухи добирались на двух трелёвочных тракторах. Всех ям на дороге не знали, одним трактором не доедешь, утопнишь. У них был вполне магазин с книжками и, как же без этого, клуб со светомузыкой (радист-мечтатель был, а дамского цветного лаку на цветомузыку в магазине не было). Мы им свет, собственно, и тянули, столбы, пасынки. Три провода на правое плечо, два на левое и шустренько на кошках по столбу до удара каски об изолятор. Говорят, страшная смерть, если страховочный пояс вокруг столба не перекинуть и повиснуть на кошках вниз головой. Местные бугаи с татарами, которые им коровник строили, на дискотеке девок делили, а мы поражались куда нас, хоть и не историков, а закинуло.

В Сиэтле (самый дикий запад, мечта, западнее только Тихий океан) тоже есть русская дискотека - Контур. Русских и татар тут, аккурат, по числу, как и в той деревухе. Ехать в Контур, правда, не на трелёвке, а остальное - alike. И, это ещё, пиво есть.

Гостей в Сиэтл лучше приглашать летом. Тут такая природа – озёра, горы, океан, леса дикие, зверьё. Только летом. Хотя, до лыжных подъёмников минут тридцать. Но если серьёзная кто, то лучше Бора Бора, или Европа. Если очень серьёзно, то зачем пугать девушку… Вон, Кирилл IV лоханулся похоже, уехала, обещала вернуться.

Психология – это замечательный инструмент, но, как показала жизненная опытность, и у неё, как и у любой логии, имеются слабые места самообмана и зацикливания. Мало-мальски сведущие в робототехнике или психологии индивидуумы, помнят классический эксперимент с роботом и мелкой жареной в муке рыбёхой.

Робота запрограммировали так, чтобы ему казалось, будто он тащится от мелкой жареной рыбёхи. Это оказалась самой сложной частью эксперимента. Когда робота таки запрограммировали на рыбёху и ему начало казаться, что без рыбёхи ему смерть, перед ним положили настоящую жареную рыбёху в миске. После чего робот думал про себя: «Ё! Настоящая жаренная в муке рыбёха! Обожаю жареную рыбёху!»

Подумав так, робот наклонялся и захватывал рыбёху рыбёхозахватом. К несчастью для робота, он был либо спроектирован кривым, либо экспериментаторы устанавливали всевозможные рыбёхо отталкивалки и выдиралки на пути рыбёхи, чтобы в процессе распрямления она выскальзывала из рыбёхозахвата на в миску с перед роботом. После чего робот думал: «Ё! Жаренная в муке рыбёха!..» наклонялся и опять захватывал, и т.д., и так далее.

Единственное, что мешало жареной рыбёхе устать от всей этой процедуры и уползти поискать более достойного занятия, было то, что рыбёха, будучи всего лишь умерщвленной и обжаренной наивной рыбой, осознавала происходящее ещё менее остро, чем робот.

После серии экспериментов, с различными причинами выскальзывания, учёные осознали, что смоделировали не что иноё, как скуку.

У Брума было много причин не доводить девушек до жизни под одной крышей – бестелесные или, наоборот очень акустичные, и всегда взрывные фантомы близких женщин, частенько тусившие у него вечерами дети, и это поверх других обычных мелочей.

«Ё!..» - подумал Брум знакомую мысль и прикинул оптимальный приём рыбёхозахвата к новой, ещё не въехавшей в обстановку девушке. Ничего себе штучка, но если нежно и бережно, то, пожалуй, реально… Он любил забывать в такие моменты про крючки рыбёховыдералок на последнем этапе разгибания. Ну и что? Сам процесс захвата забавное искусство, уж точно интеллектуальнее пережёвывания.

Миленин (http://milena-malina.livejournal.com/) домашний блог (http://0les1a.livejournal.com/) и тоже много забавного. Генератор хокку из белеберды блога:



Вот ещё чего мы с ним нагенирячили:

Лодку несло, но пока Светка
Только моя хорошая подруга.
Не знал как.

Самоубийство.
Но дело даже не в этом,
Вот беда.

Самоубийства ботекс,
При таком муже
Только спать.


Хайкать хокки это только побочный продукт сайта. А так, этот live1000.ru надувает щёки http://live1000.ru/howitworks.php на машинный анализ текстов. Не верю...

В машине, свесив ноги на землю, сидел самый что ни на есть инопланетный инопланетянин. Чисто инопланетная башка с лягушачьими глазками без поволоки прощения шалостей детишкам своим, свойственной млекопитающим. Долговязое инопланетное тельце с двумя руками и двумя ногами. Серо-зелёная инопланетная кожа сияла тусклым блеском. По счастью, перьев у инопланетянина не было и, вообще, он смахивал на человека, ну или человек на него. Похоже, у Брума было больше шансов склонить его на свою сторону, чем у уже дохлого гуся.

- Брум, ты козёл, - просто сказал инопланетянин. – Зачем ты убил моего гуся? Почему вы все такие уроды получились.

- Ну, мы их едим… И, потом, скука смертная, делать нечего, а это почти охота. Я бы его выпустил, наверное.

- Болван… - пробурчал инопланетянин. - Что ты знаешь про скуку? У тебя тут в машине пиво и колбаса, поехали, расскажу. Только в десять отвезёшь меня обратно.

- Нет, не повезу. В десять самая пьянка начинается. Что это вам всем в десять домой? Вот непременно в десять. У тебя тоже занятия утром или подрабатываешь? Я вчера милейшей особе вечер обломал, сказал - не брошу гостей, не повезу в десять, сиди сама у себя дома.

- Ну и дурак! Ты ж и вечер, поди, под неё клеил. И не поехала бы она в десять, осталась бы, психолог.

- Сомневаюсь, тут только упрямые выживают. Ладно, тебя отвезу, пива мало и гостей нет.

- Хорошо. Только не спорь со мной, а? Выживают, скука, упрямость, молчи лучше про это. Ты знаешь на сколько я тебя старше? На восемь. Порядков. Меня забросило на Землю, когда она ещё кипела. Это кожа моего ожога ваша первая органика. Тупая панспермия, никакого генобиоза или голобиоза нет и быть не может.

Если бы ты знал, как смертельно тоскливо бродить между озёрами магмы тысячи лет. У меня была цель – собрать всё, что уцелело от корабля. Когда я обошел весь континент, мне стало вообще нечего делать. Абсолютно.

И я стал разводить жизнь. Только не знал как. Обдирал кожу и бросал в тёплое озеро возле своей норы. Делал пробы воды, каждый день, бесконечно. Вот это было бесконечно. Это была она – скука.

Как я бесился от радости, когда однажды обнаружил сложные молекулы. К тому времени я возненавидел бессмертие. Я придумал смерть от старения и уничтожал все потуги этой новой жизни к бессмертию. То, у чего не было смерти, убивал я.

В итоге, через ещё одну, не менее скучную, бесконечность, я вывел подобие жизни и подарил ей радость смерти. Идея, кстати, оказалась хорошая. Ваш мир гораздо добрее нашего. Вам не пришлось жрать друг друга так интенсивно, как это делали мои предки. Вы дохли сами.

Дальше ты знаешь. Я занёс жизнь в океан и пошла уже неуправляемая эволюция. Вот вы появились. Я даже пытался показаться людям, когда понял, что эти существа способны быть разумными. Но я не всесилен, как некоторые ваши религии думают. Простое бессмертное существо. Меня можно распылить на молекулы, и меня не станет. Две тысячи лет назад до этого просто не додумались и попытались убить, ткнув копьём. Вы уже мудрее, догадаетесь. Мне ещё ждать и ждать тех времён, когда все начнут есть только овощи, и не скручивать шеи кому попало от скуки.

- Надо же, жизнь любого существа можно пересказать минут за двадцать, даже бога, или как там тебя, - проникся Брум. - А мне-то ты зачем явился?

- Говорю же, скучно.

О грёбанное одиночество чужбины… Как много изысков приходит в головы несчастных иммигрантов, чтобы избавить себя от тоскливо бесконечных (или бесконечно тоскливых?) дней изгнания. Одна из таких выдумок это охота. Этот изыск крут, спортивен, дёшев, и мужественен. Есть только одна трудность, он социален. Нужно найти единомышленников, а это непреодолимое препятствие, если из дома выползаешь исключительно в магазин, и только за пивом и колбасой.

Бруму мечталось пострелять в птиц, мелких зверьков, жарить их внутренности и складывать счастливые дробинки из зверушек в специальную чашечку. Брум даже присмотрел глубокую пиалку в азиатском магазине, но не купил, двенадцать баксов за чашечку показалось излишеством граничащим с расточительством. Иногда Бруму мечталось завалить опасного хищника, заполучить пару шрамов и выйти героем, а потом, между делом, хвастать шкурой и царапинами. Жалко шрамы быстро зарастают, если зашить разрывы в больнице.

Брум заочно любил и уважал охоту. Поэтому и орэмбился, когда увидел возле своей машины дикого гуся. Гусь был взрослой умной особью, из тех, которые живут рядом с людьми и учат промышлять попрошайничеством своих вылупков. Этот гусь был особо наглый. Страху он не имел и жратву требовал настойчиво, даже агрессивно. Разумная тактика для здоровенной птицы, кормили его, похоже, неплохо, от смеси страха и умиления. Не дать хлеба было невозможно, альтернативой было только пинать опасного зверя ногой.

Брум открыл заднюю дверь машины, уселся и достал колбасу, хлеб он покупал крайне редко. Плотоядное животное жадно пошло на помахивания и потянулось шеей к левой околбасенной руке. Свободная рука змеёй кинулась и схватила зверюгу за шею. Брум завалился назад на сиденья, захлопнул дверь и придавил птицу коленом.

Что делать дальше было не совсем понятно. Мимо машины проплывала стандартная американская бабушка, сумки её нес мальчик из магазина. Свежая машина заруливала в лузу перед Брумовой. Мужик из машины слегка глянул на него и, вроде, кивнул приветствие.

Чёртова птица изъюлилась и цапнула низ ладони. Брум в голос, не по-детски длинно матюкнулся. Даже глухонькая бабулька обернулась на странный окрик и замерла в старческом бесстрашном любопытстве. Выхода было два, выкинуть строптивую сволочь и опозорится или убить. То есть, на самом деле, выход был один. Шея хруснула, птица забилась, но угомонилась только через минуту, чуть подло не опозорив Брума уже мёртвой.

Осталось придумать, что делать с тушкой. Тащить домой и свежевать скотину Бруму перехотелось. Кроме того, он, вдруг, осознал, что совершает противоправное действие. По сути своей жестокое убийство практически невинного существа.

Тушку нужно мгновенно выбросить, смекнул ошалевший Брум. Благо лес тут везде, городишко живописно устроился между двумя заповедными горами и огромным озером.

Дорога в тихую нычку крутилась почти горным серпантином. Встречной полосы не было, и скользко было, как в снег из-за осенних мокрых листьев и иголок. Пару раз Брум примерялся к месту, но оставлять гуся на виду опасался. Отпечатки пальцев иммигрантов в базе, поди знай, как далеко прозябающие местные копы зайдут в расследовании.

На вершине дорога закончилась и выйти пришлось. Брум потащил гуся за шею в лес, к краю горы. Длинношеее животное волочилось и оставляло улики, пропахивая листья. Полетел с обрыва он недалеко и грузно. Брум вздохнул и обернулся к машине.

На сидении его родной машины, опёршись ногами о землю, сидело существо и внимательно наблюдало за Брумом. Существо не было человеком, определённо. Но машину Брум уступать не собирался никому и по-гусиному смело направился к уроду.

Мы твою подругу с собой  в горы брали, - сообщил Тону Иьла. – Ничего, вполне нормально для первого раза шла... С ночёвкой.

Гаденький мужичёк этот Иьла, слюна течёт, когда тётку видит с юбкой выше колен. Жена ничего, тощая. Забавно, зачем ей силикон и ботекс при таком муже. А ему слюни при такой жене. Что-то тут не стыкуется.

- У меня подруги нет, и друзей не много. Тебе к слову пришлось? – Тону не понравилось эта пауза на сглатывание слюны.

- Елешка, ну ты чего?

Тон покачал головой.

- Нет девушки? Нет ничего? Только делишки? Рабы микрософта?

Гаденькие глазки бармена, плавающие в крупных дырах черепа, буравили Тона. Случайные приятели напряглись, прислушиваясь.

- Ты веселее, когда она рядом. С ней ты хоть улыбаешься по-старому и не напиваешься вдрыск, так немного, со всеми. При твоей нынешней жизни через пару-тройку месяцев ты совсем охмуреешь. И тебя разберут на запчасти в Оверлейке, если не кислотой отравишься. Ты ж подписался на донорство органов?

- Ты мне в душу заглянул, Иьля. Сердце разбил. Тебе, небось, это всё равно, почки ждёшь или яйца?

Тон кинул ему пятёрку за Grolsch с чаевыми и отвернулся к танцулькам, сутуля плечи под выцветшей в пятнах ветровке. Зачем одевать сюда свежую, загадишь только, на работу будет не в чем завтра идти.

Хочешь, расскажу тебе, от чего ты умрёшь?

Самоубийство. Причём уже скоро.

Самоубийства в первой десятке причин смерти в развитых странах. Две трети покончивших с собой это люди младше 35 лет. Женщин среди них в четыре раза больше.

И не думай, что есть прививка, любой может стать жертвой самого себя. Сила воли здесь ни причем, даже может поспособствовать волевому решению.

Половина самоубийств происходит во время депрессии, часто в тот период, когда кажется, что человек уже выходит из неё.  Если депрессивный эпизод уже не первый, вероятность самоубийства 15%.

Статистика учитывает только тех, кто покончил с собой очевидным способом. Многие самоубийцы не хотят травмировать близких и вешать на них страшный постыдный груз. В Америке, страховые компании не выплачивают родственникам самоубийц ни гроша, в случае же несчастного случая суммы от полумиллиона долларов и выше обычная практика. Только редкий ненавидящий детей и родню урод повесится, а не вмажется во встречный грузовик «потеряв управление».

Процесс самоубийства не обязательно спланирован и продуман. Это может быть секундный всплеск настроения. И не дай бог оказаться за рулём в этот момент. Дёрнул на встречную, и тебя нет…

Со стороны, причины самоубийств кажутся глупыми. Предсмертные записки не вызывают никаких эмоций, кроме нелепости. В Инете их целые коллекции  http://lossofsoul.com/DEATH/suicide/zapiski.htm. Не идет из памяти разговор с одной женщиной за два часа до её самоубийства. Мы встретили её по дороге к месту смерти, поболтали и спросили куда идёт. Она замялась и повернула обратно. Но, видно, опять передумала.  У неё с мужем были проблемы.

Психологи не распространяются об обыденности самоубийств, беседуя с жалующимися на депрессию. Зная только то, что ты сейчас прочитал, твои шансы покончить с собой выросли ещё на 7%. Удачи. Только не пиши записок, их текст будет всегда несообразен моменту. И не ешь в этот день, патологоанатому это не понравится, а они народ смешливый, как минимум с окурком в брюхе будешь гнить.

Чёт хайку обчитался http://lib.ru/JAPAN/BASE/base.txt и подумалось

Надоело гантели тягать,

Может просто снять бл-дь,

Зачем им любовь?

Свинка сдохла и рыбки сдохли,

Завял цветок и ушли жёны …

Может я безалаберный?

Серый дождь уже до весны,

Потом лето, и осень, циклы,

Вот бы и мне…

У любовницы и жены

Дни рождения.

Хлебну и к младшей.

Эээ, стоп, так можно до утра хайкать…

Настоящий пост на http://antbur2.livejournal.com/. Там, как переводчик переводчику, почему «The quick brown fox jumps over the lazy dog» переводится на русский как «Съешь ещё этих мягких французских булок, да выпей чаю», на украинский «У ґазди є ж бо гевеї, які шиють прості килими, наче хащі фацелій», и болгарский «Вкъщи не яж сьомга с фиде без ракийка и хапка люта чушчица!». Там же о всякой другой математике.

А в пятницу мы жарили форель на настольном гриле, праздновали пивную неделю. А так повторяемся, по-моему. Столько интересных дел вокруг, вон бар пивной нетронутый в двух шагах, а мы тут… Была, правда разница, Аня была в джинсах, а Ольга в мини, а не наоборот, как в прошлый раз. Ещё сосед американец зашел. Бутылку бил не об раковину, а молотком. Нейт обидел, кажется. Потом опять плохо помню. Утром никто по дому не шарахался, кажется.

Жена бывшая едет в Париж, Иерусалим, и Амстердам. На три недели. Я рад, всё ж так плохо, так плохо… И с деньгами туго. Пусть отдохнёт.

Тайджин куофушу это Японская фобия межличностных отношений. В отличии от русской социальной боязни подойти и внятно заговорить, эта, японская, даже проще - боязнь взглянуть в глаза или оскорбить собеседника своим видом или поведением.

Но это не вспышка тайджин куофушу к соседу, если стыдно поднять глаза и при этом ты еле тащишь три мешка пустых бутылок по ступенькам, голова внутри и снаружи изжевана безобразиями, которые были учинены вечером и ночью с битьём бутылок, метанием гантелей, сжиганием палочек для еды, канонадой всего игрушечного оружия в доме, вышибанием балконной двери лбом. Он съезжал, похоже, этот сосед.

http://pics.livejournal.com/antbur/gallery/00013z85