Прошлая суббота

Мутно-мутно-серое разлетелось на мгновения визгом будильника и склеилось соседней комнатой. Вместе с кроватью. Память, память, где я её бросил... О, джинсы у стиральной машины, и, с виду, карманы не пустые. Наклониться посмотреть никак невозможно, потом. Пить…

Зачем будильник? Везти, везти нужно… До машины дойду, должен дойти…

Ё! Фотоаппарат на переднем сидении… Это ж… Мир вчера был диким, пятнистым… Я сфоткал, пока машина рулила. Там, на freeway рядом с домом, она знает дорогу… И как она ровно паркуется, мне бы так… Жалко щётки не включает, когда сама рулит.

Нынешняя суббота

Кофе, кофе. На лыжи не попадём, давай на гору слазим. Бегом, бегом, пока солнце, на Rattlesnake гору.

И воскресенье

Кофе, кофе. Быстренько закидать ботинки, лыжи. Ничего, что плюс четыре и дождь на перевале. Снег есть. Нормальный снег, скользкий лёд. На несмазанных лыжах даже лучше по льду.

А в чём разница-то между этими двумя неделями? Мир правда полосатый? И это я ещё даже не заикаюсь про понедельники. Белая пошла…

У цепи не было маленьких разрывов, которые можно было расшатать. Ничего такого не было. Цепь была надёжной. Шарик подёргивал её от безделья, но это был глухой номер. Тон не был профессиональным живодёром и, наверняка, купил первую попавшеюся, но, гад, такую крепкую.

- Сволочь, - сообщил Шарик Тону, - зачем тебе это?

- Не хрен наших баб по всей галактике продавать, - наподдал ему ногой Тон. – Я тебя сейчас ещё, может, мучить начну. А что? Ты же, типа, собака. Мне ничего не будет.

- Ты же знаешь, кто я, гад.

- Знаю и тебе каюк, если не поможешь вернуть хоть кого-нибудь. А, кстати, почему именно собака?

- Все гладят собак, легче использовать контактную суггестию. А потом она уже не понимает с кем общается. Ты только не думай, что я их насильно сплавляю, – нервно забегал по кругу Шарик. -  Они мне ещё деньги приплачивают, безо всякого внушения. Хуже кошек - любопытство, еда, и игрушки. Ну, давай, давай, для прикола, вернём одну. Она из тебя душу выжмет, будешь тут рядом со мной цепью тарахтеть.  

- Ну, давай. Вот эту, самую умную с виду. Какой у неё код, скотина ты полезная. Ты знаешь, что от тебя псиной прёт на милю, не противно тебе?

- Деньги не пахнут. У неё три кода, или лучше даже пять, если с фантомами считать, - окрысился Шарик в дальнем углу, явно готовясь к пинку.

- Как это? – Не понял Тон, - ты их гаремами продаёшь?

- Это трудно объяснить, нет термина. Вроде триединства, только ничего религиозного. Мы их усиливаем друг другом.  Ты сам увидишь, но не сразу.

Тон пнул собаку. Походил, подумал и ещё раз пнул очень сильно. - Не понимаю. Объясни в двух словах.

- Да пошёл ты. Код дам, объяснять не буду.

- Скотина.

- Это ты скотина. Вот посмотришь, что с тобой получится, когда мы её достанем, - ухмыльнулся собачьей пастью Шарик и протявкал цифры.

- Тут ещё номер кредитной карточки нужен. Бабло, что ли, снимут?

- Снимут, иначе ничего не заработает. Не жлобись, копейки, а она того стоит.

Образовавшаяся девушка действительно была ничего.

- Это её умная составляющая, - прокомментировал Шарик.

Тон не стал бить собачку в присутствии дамы. Если честно, он просто забыл, отвлёкся и заволновался. Насмешливо умные глаза устало предлагали выпить, послушать и порассказать истории. А истории у неё были одна другой прикольнее, потом перескажу. Вечер подпрыгивая покатился заметно веселее для всех, кроме, конечно, Шарика.

Неделя прошла умиротворённо. Ещё неделя. Тон даже начал побаиваться, не влюбился ли. Больно мозги у него сбивало при ней, а это прямой и серьёзный признак начала.

Но собака не врала. Белым днём, вдруг, Тон понял, что знаком с другой девушкой. - Что за беда, то пусто, то густо – осознал проблему Тон. Эта девушка была, как бы это сказать, сногсшибательно хороша. – Суки эти марсиане, лучшее выгребают. И что теперь делать? Как там Шарик..

Пёс сразу завыл про еду и свободу. Потом, когда узнал проблему Тона, начал ехидничать про то, кто тут ещё скотина. Потом успокоился и объяснил, что девушки никогда не пересекутся в этом пространстве. По-сути это одно существо. Ну не совсем одно, несколько. Но для тебя, трёхмерного,  одно. Но не совсем. И получил пинка.

- Короче, не пытайся свести их вместе, будет беда. А так ничего, дерзай. Дай пожрать, животное.

- Я убью тебя, собака. Как ты её так сделал? – не на шутку разозлился Тон. Такие вещи только раздражали его и никакой радости от этакого поворота событий он не испытывал. Фигня, а не романтика.

- Устройство такое. Купил. Как работает, не знаю. Может измерения сдвигает, может твою психику.

Тон убил собаку. Случайно. И еще больше разозлился из-за этого. По дороге на работу включил Наутилус на полную разумную громкость и попытался забыться. Даже стало получаться, но какой-то козёл у колледжа начал перестраиваться прямо на него. Тон повернулся обматерить придурка и обомлел.

- Как ты сегодня? – по-родственному спокойно спросила его худенькая спортивная девушка с соседнего сиденья.

Николай всё настроение испортил. На неделю. Он и прямо говорил,  и по цифрам, беда чёт в России в этом году с компьютерами и вокруг. И с людьми грамотными, одни самородки, а чё с ними делать? Спасибо вот, Дмитрий Анатольевич из компьтерных. А то в компании расходы на откат не предусмотрены. Жестоко наказывают даже за билет в трамвай для гос чиновника (хотя, блин, чё я парю, какой трамвай).

Как Николай только работает?! Он Дмитрия накручивает с чиновниками по email переписываться, а то дичь какая-то... Только, ведь, не отвечают. Теперь это будет вопрос проф пригодности, Outlook-и пойдут как горячие пирожки. У них защита повернее, чем у фуфла онлайнового.

Над за ум браться, про Оффис всякое рассказывать. Скоро новая версия выйдет, внутренний код - Office 14 (13-й номер пропустили, just in case). Мы там Mini Translator совсем переделали. Это Mini переводилка на лету – проводишь мышью над словом и получаешь перевод. Он теперь и online словари поддерживает, включая англо-русский.

Я его в прошлой версии делал, теперь сосед занимается. Выглядит сейчас где-то так. Там ещё говорилка есть, английское слово говорит. Жутко полезная штука, когда язык учишь.

Альриша (الرشآء) альфа Рыб. Ещё это ник, у нас совпал день рождения. Мы  препирались и не верили друг другу, дошло до водительских удостоверений. Никогда ещё не встречали никого подобного. Рядом - было, точно - впервые. Это похоже на новую родню, - вдруг узнаешь, что вот этот человек, которого хорошо знаешь, твоя сестра. Это немного сшибает с ног. Угадай, о чём сразу пошёл трёп? О гроскопах, яс дело.
 
Ей можно и другой ник придумать, ещё можно обмануть и напоить, она будет плакать от бессилия, но останется альфой созвездия Рыб, Альришей. Теперь мы с Альришей отвечаем за седьмое марта сообща.



Это Альриша....  
 

Эта инструкция только для существ, которым нечего терять. Вы не сможете прекратить выполнение указаний этой инструкции. Не начинайте читать, если вас не смяло в лепёшку катастрофой и вам ещё не всё безразлично.

Внимание! Не читайте, не осознав вступительного абзаца.

1. Подключитесь к средствам социализации общедоступных на вашей планете или корабле. Познакомьтесь с существом противоположного пола. Проведите непринуждённое собеседование.

2. Подтвердите личную встречу. Используйте общепринятый фрагментатор сознания.  Если выбираете вы, то первое в списке красное французское не моложе пяти лет.

3. Транспортируйтесь  из заведения с пищей и фрагментаторами, в заведение только с последними. Фрагментация должна быть качественной.

4. Не настаивайте, не отказывайтесь.

В управляемых транспортных средствах, будьте осторожны по дороге домой.

5. Если вы обнаружите, что ваша жизнь переплелась с жизнью чужого существа, без особых на то причин, то это существо, скорее всего, член вашего карасса. Если нет, вернитесь к первому пункту.

6. Держите паузу до осознания пятого пункта.

7. Вторая встреча это знакомство. Припасите много интересного порассказать о себе и своих фишках.

8. Третья встреча это пункты 2, 4, 3.

Всё. Спасибо. Мы понимаем, что вам было не просто пройти все пункты. Вы очутились на следующем уровне вашей катастрофы. Вам заметно хреновее, но слегка спокойнее.

Вы можете попробовать вернуться в исходную точку, пройдя пункты инструкции в обратном порядке меняя «делай» на «не делай» и наоборот. Но мы не рекомендуем и не знаем ни об одном удачном случае возвращения.

Если вы мыслящее существо, вас может заинтересовать, зачем мы навязали вам эту инструкцию.
Просто так. Это одна из немногих игр c исходами не подчинёнными распределению Бернулли. И ещё мы подумываем вывести новую расу существ.

Когда мозги совсем ехали, он придумывал людей. В угаре никогда не помнишь, что можно, а чего очень не нужно делать. Богом он, конечно, не был. Но этот фокус у него получался. Жалко, только, что в угаре. Люди выходили недодуманные какие-то. Он, вообще, и не особо думал. Так, прикидывал контуры, чего ему в голову лезло. Характеры у них получались прикольные. А рисовать он не умел. Вот и таскались вокруг него прикольные несимпатичные недоделанные люди. Он редко помнил, кого выдумал, а кто сам прибился в его суету, и смотрел на всех с подозрением. Его люди были склонны хужеть со временем. Чем быстрее он их сляпывал, тем быстрее они портились. И портили его жизнь, а отделаться от них не хватало сил. Нравились, наверное, он же их сам придумывал, свои.

Нет, люди получались нормальные. Иногда просто редкие, удивительные. Но продумывая какую-нибудь деталь, он непременно пропускал важные мелочи. Одну девушку придумал по образу и подобию, программистом, логичная вся такая. Но забыл про кокетство, и всякие другие женские штучки. А вот, намедни, придумал настоящую. Ну всё у неё и правильно, и подходяще, и не инженер. Забавно даже, как она сплохеет и про что он забыл в этот раз. Такие хуже всего потом процарапывают тонкой забытой деталью, которой и названия-то не дашь.

Но если эта получилась, то всё, последняя. Точно всё, больше никого не придумывать. Надо бросать это. Или нет? Ведь только получаться начало.

Брум зашевелился и невнятно  выругался.

- На, и пособирай на полу, – предложило, шурша пустым пакетом  с парой фисташек, контрастно чёрное привидение, узкой лентой вытянувшееся почти до потолка в углу. – Если тебе раньше не приходилось исчезать во времени, тебе сейчас нужно пожевать солей и белков. Пиво, которым ты надрался, должно было смягчить переход.

- Темно, - мысли не рождались в голове у Брума, только ощущения с трудом переваливались от рецептора к рецептору.

- Да, - отозвалось привидение, сообщать друг другу очевидные вещи принято у землян, вроде «классный денёк сегодня» или «ты нажрался». - Да, - согласилось оно, - света нет. – И сунуло Бруму кулёк. – Как ты?

- Как мой мобильник, - ответил Брум, -  вырубаюсь, аккурат перед тем, как что-то важное начинает происходить.

Брум поцапал по столу, стараясь не перевернуть лёгкие бумажные стаканчики и высокие нестойкие бутылки из под пива. Спички валялись россыпью рядом с коробками. Брум чиркнул стороной без головки. Свет не появился, зато в памяти проскочила вчерашняя просьба «бл,  головками в одну сторону складывай выигрыш, а то я потом камин хрен разожгу…».

Брум зажёг спичку, жуткие тени запрыгали по стенам. Кошмарные очертания незнакомых предметов и мерзкий запах сырого мяса смешавшийся с гарью плясали в рецепторах Брума. Монотонный гул и поток горячего воздуха из стены прямо в ухо мешали сосредоточиться.

- Где я, - простонал он. -  Это так выглядит летающая тарелка внутри? Ну и бардак… Как я сюда попал? По пьяни, нажал кнопку автостопа?

- Похоже это issaquah, твой дом, - версия привидения была ещё более мерзкой.

- Мой дом? Если крепко отключиться опять и проснуться днём, это тоже будет здесь? В «моём доме»?

- Выключи обогрев, выпей воды и попробуй. Может и на кроватке детской в хрущевке очухаешься. Но, только, это вряд ли.

Психические расстройства маленькими жуткими зверушками живут в каждом из нас, забитые сознанием и социальными ограничениями. Страх не превращается в хорошую фобию, эгоизм не превращается в психопатию. Если не контролировать зверушек, а подкармливать, то они наглеют, слизывают мозг и подменяют человека на нечто, внешне похожее.  

Простые расстройства, вроде эгоизма, встречаются с перебором у каждого второго. И мы все знаем, куда послать приболевшего в случае обострения. А вот сдвиги, от которых нас не привили товарищами в детстве, застают врасплох.

Лата это неадекватная реакция на страшные слова возникающая у женщин среднего возраста с низким интеллектом. В давние времена расстройство катализировалось жуткими словами, вроде «змея». Сейчас слова могут быть другими - «иди работать», «секс», «пропылесосила бы у себя», «замолчи уже». Ряд легко продолжить словами, которые ближе вашему социуму.

Расстройство характеризуется симпатичными терминами эхолалия и эхопраксия, а проще бесконечным истерическим повторением всякой белиберды, размахиванием руками, и, вообще, беснованием в разных его оттенках. Поведение может быть диссоциативным и трансподобным, женщина орёт и почти что бьётся  в припадке, вывести её из транса невозможно, тем более, что она считает себя другим человеком, приятным. Приступы проходят не запоминаясь, в памяти остаётся только ненависть к слову-катализатору и раздражителю, который слово ляпнул.

Лата это, по-нашему, кликушество. Кликуш лечили розгами многими столетиями как лентяек, не желающих работать, и как притворщиц, желающих наказать человека, якобы испортившего им жизнь. Кликуш пытались и лечить, но лечение врачей им не помогало. Даже не пытайтесь уговорить, остановить, или заставить глотнуть успокоительное. Только порка, гипноз, и, иногда, священники.

Бить по лицу тоже не нужно. Во-первых, не поможет. И потом, попытайтесь понять человека, основа кликушества это жуткий страх. Разного – змей, финансовой зависимости, профессиональной  и других неполноценностей, остаться одной навсегда. Ряд тоже легко продолжить для конкретной ситуации. Я понимаю, что совет не лечить битьём в случае, когда медицина бессильна, звучит нелепо. Старайтесь поменьше контактировать, меньше говорить, внимательно слушать, комментируя только нейтрально-одобряющим хмыканьем. Следите за настроением и будьте готовы исчезнуть в самом начале приступа. И, главное, постарайтесь не сближаться психологически и не потакать излишним сочувствием, это корм лате. Последнее и подружек касается.

Маленькие жуткие зверушки в каждом из нас, как они достали. Пойду-ка я в спортзал и потом за алкоголем каким смотаюсь…

Реальность даёт подзатыльники, когда сетевая жизнь вдруг пытается в неё ворваться. Побазарить, даже влюбиться в сети можно, жениться – фиг. Если очень постараться, то можно попробовать, но это дороже билета Новосибирск-Сиэттл и смысла, получается, не имеет. Но главное, серьёзные организации, вроде американской иммиграционной службы, просто пошлют. Они принимают proxy женитьбу только, если это легально в каком-либо штате. А даже Колорадо ограничивает такие штучки военнослужащими. Реальность ещё не скоро сольётся с ирреальностью, но первый, кто начнет женить в сети взаправду, заработает кучу бабла. Счастливчик…

- С Наступающим! Взаимно :) - проскочило на экране.

- Кто-то говорит с нами с мертвой планеты! Компьютер?! - завопил Тон. - Это еще что? Я до Большого Разрыва уже не ждал вменяемой, а тем более персонализированной информации.

- А, просто запись, сделанная в другой вселенной и, может, пять миллионов лет назад или вперёд, - прогнусавил комп.

- Просто что? Просто запись? Тихо! - рявкнул Тон. - Слушаем дальше!

Чего только люди не патентуют... Если картинку привязать к ящику, то это не ящик с картинкой, а патентуемая "структура".

Это Русс опять открытку с такой вот фиг прислал, и печенье.

А я ещё одну штуку придумал, действительно полезную. Будем патентовать, если чего не перепутал. Ща дохвастаюсь и проверять пойду...

С Наступающим!

А кстати, о флажках, а то не все знают зачем он, даже почтальоны. Если флажок поднят, то в ящике письмо для отправки и почтальон должен его забрать.
 

- Ну и что же ты ей внушил, ангел ты наш? Мы же договаривались не трогать устройство. Договаривались… Вернее ты нам его не давал. А сам…

- А чего, я же без выгоды. Сказал, чего думаю. Вроде ничего не внушал, спросил, почему она бредёт тут, где никто не ходит. Я мимо ехал, смотрю лицо знакомое, в друзьях у кого-то. Она хорошая, мы с ней поболтали немного.

- Поболтали? Телепатически. Хорошо, что она в сказки верит и думает, что ты типа ангел. Хранитель, надеюсь. А могла и в психушку попасть.

- Я аккуратно. И, потом, мы с ней почти сразу познакомились у общих приятелей. Она мне рассказала про разговор как про чудо, я растрогался и чуть не раскололся. Но потом мы сошлись на том, что она заснула, топая вдоль дороги.

- А что ты ей конкретно наплёл?

- Неважно. Не могу сказать, там личное между трёпом проскакивало. И у нас чего-то не всё понятно, может мы влюбляемся потихоньку. Ревность, похоже, уже шуршит, а она всегда рядом, если не впереди. Я, только, не уверен внушал я ей тогда чего-то или только разговаривал. Но неважно уже. Я устройство с моста выкинул. Правильно я вам его не давал.

«Я знаю, что я сказала это. Но я имела в виду вот это».

Даже не думаю наехать на женщин, просто современные языки не в состоянии передать оттенки речи, вот и получается путаница. Уже не говоря о письме, тут не всякий писатель передаст эмоции вложенные в простые, казалось бы, слова. Даже примеры лень приводить. Вон они, примеры, везде, где мы лепим смайлики или добавляем мат, других способов передать эмоции и нету.

Современные языки не совершенны, эволюционировали они из рычания и подвываний, придумывали их большей частью мужики. Поэтому знаков эмоций только два – вопросительный и восклицательный. А как же сомнительный, удивительный, подозрительный, обзывательный, необязательный?

Всё это мы передаём интонацией, но интонацию к делу не подошьёшь. Сказал «женюсь», уж будь добр.

Но есть подвижки, умные барышни создали новый язык. Он передаёт то, что говорящий чувствует по поводу того, что говорит. Язык называется лáaдан.

В этом языке есть обычные заморочки, вроде тональности по типу вьетнамского и других южноазиатских языков. В тональных языках гласная может произноситься как по нотам идущим вверх, вниз, или на одном уровне, Например «ма» может означать несколько вообще разных слов в зависимости от оттенков «а». Вот классический пример, фраза «новый шелк горит?» звучит как «mǎi mài mâi mái» в тайском языке. Лично мне тональность кажется недостатком, тем более в случае лáaдана. Но это не суть важно, дальше будет круче.

В лáaдане три забавных части речи.

1. Речевой акт. Появляется в начале предложения. Это короткое слово, вроде «эй» или «ау». Обозначают эти слова декларативность, вопрос, команду (обычно при обращении к детям), просьбу, обещание, предупреждение.

Например, «ау дай соль» и «эй дай соль» обозначают «не будите ли вы любезны передать мне солонку?» и «дай соль быстро и молча» соответственно.

2. Время. Кроме обычных настоящего, будущего, и прошедшего, ещё есть гипотетическое время.

3. Очевидность. Это тоже короткое слово, но в конце предложения. Используется для обозначения

- точно известно потому как пережито самим говорящим, внешне или внутренне.

- известно потому, что самоочевидно.

- приснилось или пригрезилось говорящему.

- правда потому, что говорящий доверяет источнику информации.

- видимо не правда, говорящий не верит источнику.

- придумано говорящим, гипотетическое.

- полную нехватку информации по поводу говоримого.

Например, «женюсь ё» и «женюсь ща» обозначают «скорее всего женюсь» и «в данный момент мне кажется, что я возможно буду согласен жениться при определённых условиях» соответственно.

Суффиксы в этом языке тоже забавные, они могут означать положительное или отрицательное отношение к предмету (вроде «милый шарфик» или «отстойный шарф»), попытку («хотела, но не вышло»), очень твёрдую настоящую попытку («правда, я сильно хотела прийти, но это было объективно невозможно») и т.п.

Как было бы здорово, если бы мы так точно передавали свои внутренние порывы в речи. Но лáaдан обречён потому, что мы не хотим этого делать. И поэтому «женюсь» вообще ничего не значит, пока хоть кольцо не подарит.

Господи, зачем меня занесло в эти дебри. Я всего-то пошел посмотреть на нюй-шу, фонетический скрипт китайских женщин на одном из наречий Китая. Женщин в школах не обучали и иероглифов они не знали, записывали по звучанию, а мужики их били за это, вместо разобраться и заменить свою отсталую письменность. Просто, по работе, просматривал альтернативные методы ввода восточноазиатских языков, ё. :))

- Тон, я не сказала тебе самое главное, - Стрелка сделала лёгкую паузу.

Тон опять помрачнел, он давно не ждал ничего хорошего от всего этого. Главное не могло быть положительным. Тем более отложенное на несколько часов по какому-то Стрелкиному недосмотру. Вот надо же, уже третий час бродим тут, осматриваем, болтаем о ерунде всякой, и чего-то забыла главное сказать.

У них у обоих был трудный день. Стрелка приходила в себя и проспала двойную норму. Не пошла в спортзал впервые за тысячу лет, была не в себе. Тон переговорил с ирландцами и японцем в живую, вот так запросто с пивом и едой на своём корабле. Эти со всем согласны, у всех наболело одно и то же.

- С Земли пришло разрешение выбрать любой корабль для возвращения. Три года я могу лететь где я хочу.

- Ну, классно. Человек должен выбирать, а не бюрократия, - среагировал Тон, он всегда ненавидел ограничения любого рода.

Стрелка потянула паузу.

- Погоди, ты хочешь сказать, что бюрократическая необходимость быть привязанными друг к другу отпала и мы не обязаны хош-нехош жениться? Аааа, только не это! – типа шутя заорал Тон.

- Ты же альтруист. Болеешь за чужое счастье, - Стрелка, похоже, просчитала Тона и издевалась.

Тон устал сегодня не меньше Стрелкиного. «Лети ты с кем хочешь» - лезло ему в голову. И больше ничего. Ничего. Только очень больно и никаких мыслей.

Назад все решили возвращаться экипажами по четыре-пять человек, а лишние корабли отправить обратно болванками с автопилотом. Японцы сошлись с англичанами, которые на самом деле были родом из Дублина и запаслись пивом основательно. Русские перекочевали на корабль Тона со Стрелкой, благо все четверо говорили на одном языке. Остальные тоже быстро определились и компания весело отчалила домой. И хрен с ними, со звёздами.

Инженер прислонился лбом к слоеному пирогу стекла и алона. На границе видимости висела комета – длинная тупая змея, унюхавшая добычу. За каким-то рожном она свернула с дороги и неслась навстречу кораблю, беспомощно следовавшему колеей своего курса. Колея была просчитана от вонючей палубы морского космодрома до касания ромашек летом хрен знает какого года в штате Вашингтон, поближе к дому, чтобы экипажи ждали и крепче верили в возращение. Изменить курс означало смерть. Пересчитать всё на таком расстоянии от Земли было невозможно, расчёты и так производились на границах точности констант. Теоретических выведенных, замечу вам, констант. Так что, по-хорошему, шансов и так было чуть. А тут ещё эта странная комета со своей меняющейся траекторией.

Восемь остальных кораблей заметно отстали. Все девять были построены в разных странах, девятка решила повыделываться друг перед другом и выдумала эту провальную экспедицию в сторону Proxima, ближайшей звезды. Корабли представляли собой китч технологий, особенно в области полей защиты. Правда, не всем повезло так, как Тону со Стрелкой. Русские сделали трубу, вроде межконтинентальной ракеты с местом для двоих добровольцев, кажется из Воркуты. Ребята ели какую-то пастообразную дрянь из огромной цистерны, дико матерились на связи, но поделать уже ничего не могли. Зато у них тоже был алкоголь, кто-то разумный на космодроме разбавил пасту, чтобы выдавливалась лучше из цистерны. А вот японские снабженцы не сочли алкоголь продуктом питания и положили только с десяток ящиков Саппоро. Этот экипаж вылакал всё, как только солнце стало трудно находить среди других звёзд.

Никто, конечно, не собирался долетать до Proxima. Но человечество решило выпендриться и отметить своё желание добраться до звёзд практической экспедицией в сторону Ближайшей. На самом деле, всех их больше интересовало, как быстро мы свихнёмся. Учёные долго работали в сторону анабиоза, но подопытные животные дохли уже от года сонной неподвижности. Поэтому нас хоть и запустили со снотворными приспособлениями, но сутки из трёх мы не спали. Стрелка сходила с ума в спортзале, а Тон после получаса упражнений шёл бухать и смотреть киношки.

Стрелку и Тона тщательно отбирали на разных психологических тестах на совместимость. Только после старта стало быстро понятно, что подбирали максимально несовместимых. Они должны были дополнять друг друга. Выживание в бесконечности и семейная жизнь, оказывается, не одно и то же.

Тон представлял себе это этаким путешествием с милой спортивной девчонкой в другие мира, романтика. А на деле, догадайся сам, что получилось. Стрелка жила возвращением домой и верила в странные для Тона вещи. Остальные экипажи потешались над ней от раздражения. Все знали, что, в лучшем случае, большинство сдохнет на острове реабилитации на пенсии. Но даже на это не многие надеялись и даже боялись и не любили родину, вышвырнувшую их так дико далеко.

Мне приходилось сталкиваться с похожей ситуацией и на Земле. Когда милая пара обжата одиночеством, вроде всё вполне предсказуемо, приятели хихикают и отпускают шуточки в их адрес, но чего-то не хватает и не клеится.

Тон попробовал подъехать, конечно, несколько раз, но она сказала просто и откровенно - не тот мужчина, который ей нужен. Тон даже не смеялся. Мы все тут немного сумасшедшие, каждый надеется оказаться дома. Некоторые думают, что отложить жизнь можно. Потом, уже ближе к смерти, начинают отживать отложенное и жалеть о загубленной юности. Но отживать получается со скрипом и часто нелепо. Кто её знает, может Стрелка и права. Можно ещё попробовать бросить пить и жрать, может станешь похож на её мужчину. Надо бы. Даже если Тон и долетит обратно, остаток жизни проведет на острове реабилитации, не думаю, что его будет интересовать внешний обновлённый мир с современными поумневшими девушками. Стрелка сильно моложе, у неё есть шанс очухаться в старом мире.

Комета в иллюминаторе вела себя загадочно, её сваливало с орбиты всё сильнее.

- Стрелка, ты наверху? Направь телескоп на комету, – попросил Тон.

- Давно уже. Иди сюда, ты же ещё немного астроном, тебе будет интересно. – Стрелка часто посмеивалась над странным сочетанием Тоновых познаний в не сочетаемых областях. Ей можно было шутить, а Тон опасался подшучивать над серьезной девушкой. Прошлая удачная шутка стоила четырёх месяцев без единого слова переговоров и визуального контакта. Корабль большой.

Огромная комета, размером с небольшой спутник, дико ускорялась, измерялки дурели и показывали дикие цифры. Вдруг комета начала быстро краснеть, замерла и пропала.

- Ты видел, ты видел! – заорала Стрелка.

Тон помрачнел и пошел к компьютеру рассматривать снимки.

- Ты видел. А почему она замерла перед тем, как исчезнуть?

- Там, на горизонте, странные вещи со временем происходят, оно останавливается. – Тон сказал очень собранным, серьёзным и тихим голосом. Стрелка застыла, её рот блеснул зубами сквозь упавшую челюсть, где-то после услышанного «временем», видимо, когда до неё дошло слово «горизонт».

- Это что, дыра? – выдавила она.

- Да, очень маленькая, судя по картинкам исчезновения кометы. С горизонтом километров сто, а значит массой пятнадцати-двадцати Солнц. Теперь плюс комета.

- Она у нас на курсе, – вдруг холодно сказала Стрелка.

- Да. Час от часу не легче. Видишь, бывают и более забавные ситуации, чем сходить с ума от безделья. А мы так и не… - чуть было не пошутил Тон.

Вариантов было не много, один. Нужно было менять курс. Сильно менять и подыхать в бесконечности от скуки, да ещё и со свихнувшейся от безнадёги Стрелкой. Надежды вернуться, теперь, точно не было.

- Стрел, передай остальным экипажам всю информацию. И скажи, кажется, у нас есть решение проблемы, пусть пока не расстраиваются. А мне нужно тут кой-чего посчитать и проверить. Угу?

- Угу, - до странного покладисто ответила Стрелка. На корабле не было капитана, они оба принимали решения на равных. Правда, решений принимать, до сих пор, было не особо много. Летели себе и летели.

Когда Стрелка вернулась в каюту наблюдений, Тон изложил ей свой план. Сообщив предварительно, что в прежней жизни, он отличался неординарными, но практичными поворотами в больном воображении.

Тон предлагал Стрелке надеть скафандр, набить его огурцами и луком с грядки, и покинуть корабль.

- По моим наблюдением, тебе хватает одного огурца еды на день. А без спортзала, думаю, и того меньше. Неделю продержишься, а потом тебя выудят немцы или англичане, у них и места много, и парни там твоей мечты, - Тон нёс глупые обидные вещи, но ни одна эмоция не проплыла на лице Стрелки.

- А ты?

Тон планировал продолжать движение в сторону дыры и производить измерения вплоть до потери сигнала. Согласно теории, экстремальные данные позволят уточнить константы и пересчитать обратный курс. И конечно, добавил Тон, это отличный повод развернуть корабли обратно уже сейчас. А значит, Стрелка окажется на Земле совсем молодой. Ура?!

- А ты?

- Мне придётся остаться. Мне нужно будет держать защиту и орбиту корабля до последнего, мерить, предавать, даже считать. У нас самый напичканый компьютер, боюсь, остальные не справятся. Всё это невозможно делать в автоматическом режиме.

- Ты не справишься один.

- Стрел, ты брось эти штучки. Угу?

- Хрен тебе!

Тон потом каждый день, до самой дыры, уговаривал Стрелку. Но она так и не ушла, хоть Тон даже пытался запихать в скафандр насильно. Но её занятия кикбоксингом не прошли даром для Тона, а самому драться в этой ситуации ему было дико стыдно.

«Надо было вырубить её и выпихать», - думал Тон. Сейчас, когда всё посчитано и передано, они сидели в каюте наблюдений и старались не умереть от перегрузок, защита и двигатели всё ещё надрывалась в борьбе за их и свои жизни. Ещё он подумал: «Сейчас или никогда».

- Стрел, мы у горизонта, а сильный у нас корабль, - попытался сказать Тон и осмелился коснуться руки Стрелки. Она только слегка повернула голову в его сторону и, кажется, улыбнулась.

Корабль коснулся горизонта. Время остановилось.

Нет, туса на дискотеках не моё… Тусили мы раз стройотрядовскими студентами в клубе в Коми АССР. До деревухи добирались на двух трелёвочных тракторах. Всех ям на дороге не знали, одним трактором не доедешь, утопнишь. У них был вполне магазин с книжками и, как же без этого, клуб со светомузыкой (радист-мечтатель был, а дамского цветного лаку на цветомузыку в магазине не было). Мы им свет, собственно, и тянули, столбы, пасынки. Три провода на правое плечо, два на левое и шустренько на кошках по столбу до удара каски об изолятор. Говорят, страшная смерть, если страховочный пояс вокруг столба не перекинуть и повиснуть на кошках вниз головой. Местные бугаи с татарами, которые им коровник строили, на дискотеке девок делили, а мы поражались куда нас, хоть и не историков, а закинуло.

В Сиэтле (самый дикий запад, мечта, западнее только Тихий океан) тоже есть русская дискотека - Контур. Русских и татар тут, аккурат, по числу, как и в той деревухе. Ехать в Контур, правда, не на трелёвке, а остальное - alike. И, это ещё, пиво есть.

Гостей в Сиэтл лучше приглашать летом. Тут такая природа – озёра, горы, океан, леса дикие, зверьё. Только летом. Хотя, до лыжных подъёмников минут тридцать. Но если серьёзная кто, то лучше Бора Бора, или Европа. Если очень серьёзно, то зачем пугать девушку… Вон, Кирилл IV лоханулся похоже, уехала, обещала вернуться.

Психология – это замечательный инструмент, но, как показала жизненная опытность, и у неё, как и у любой логии, имеются слабые места самообмана и зацикливания. Мало-мальски сведущие в робототехнике или психологии индивидуумы, помнят классический эксперимент с роботом и мелкой жареной в муке рыбёхой.

Робота запрограммировали так, чтобы ему казалось, будто он тащится от мелкой жареной рыбёхи. Это оказалась самой сложной частью эксперимента. Когда робота таки запрограммировали на рыбёху и ему начало казаться, что без рыбёхи ему смерть, перед ним положили настоящую жареную рыбёху в миске. После чего робот думал про себя: «Ё! Настоящая жаренная в муке рыбёха! Обожаю жареную рыбёху!»

Подумав так, робот наклонялся и захватывал рыбёху рыбёхозахватом. К несчастью для робота, он был либо спроектирован кривым, либо экспериментаторы устанавливали всевозможные рыбёхо отталкивалки и выдиралки на пути рыбёхи, чтобы в процессе распрямления она выскальзывала из рыбёхозахвата на в миску с перед роботом. После чего робот думал: «Ё! Жаренная в муке рыбёха!..» наклонялся и опять захватывал, и т.д., и так далее.

Единственное, что мешало жареной рыбёхе устать от всей этой процедуры и уползти поискать более достойного занятия, было то, что рыбёха, будучи всего лишь умерщвленной и обжаренной наивной рыбой, осознавала происходящее ещё менее остро, чем робот.

После серии экспериментов, с различными причинами выскальзывания, учёные осознали, что смоделировали не что иноё, как скуку.

У Брума было много причин не доводить девушек до жизни под одной крышей – бестелесные или, наоборот очень акустичные, и всегда взрывные фантомы близких женщин, частенько тусившие у него вечерами дети, и это поверх других обычных мелочей.

«Ё!..» - подумал Брум знакомую мысль и прикинул оптимальный приём рыбёхозахвата к новой, ещё не въехавшей в обстановку девушке. Ничего себе штучка, но если нежно и бережно, то, пожалуй, реально… Он любил забывать в такие моменты про крючки рыбёховыдералок на последнем этапе разгибания. Ну и что? Сам процесс захвата забавное искусство, уж точно интеллектуальнее пережёвывания.